Лис Улисс и свирель времени [= Лис Улисс и свирель времени ] - Фред Адра

Лис бросил на кота суровый взгляд.

– А вот это будет настоящей катастрофой, – произнес он так тихо, что всем стало не по себе. – Тогда уж точно не миновать нам религиозных войн. – Он повернулся к Веронике. – Теперь ты понимаешь, что тебе надо как можно скорее покинуть наш мир? Опасность грозит и ему, и тебе! И вообще, есть мнение, что Сверхобезьян наш мир разрушит! Хочешь его разрушить? Только потому, что вздумалось прогуляться? Хочешь?

Девочка поежилась.

– Да ладно, ладно… Я, вообще-то, не против вернуться домой.

– Спасибо, – Улисс облегченно выдохнул. – А то мне уже показалось, что ты готова на опрометчивые поступки.

Он решительно встал.

– Вот, друзья, как мы поступим. Пока час не очень поздний, я хочу нанести визит саблезубому старцу, от которого рассчитываю получить кое-какие ответы. И про сокровищницу, и про место между мирами. Ефрат Уйсур утверждал, что саблезубые тигры и снежные барсы прыгают из мира в мир, чуть ли не когда хотят, вот я и подумал – а не через Междуместо ли!

– Тогда нужно еще брата Нимрода спросить, – внес предложение Константин, но, поймав на себе со всех сторон красноречивые взгляды, тут же добавил: – Если мы окончательно свихнемся, конечно.

– Улисс, вы с Марио езжайте, а мы останемся с Вероникой! – с энтузиазмом заявила Берта.

Однако Улисс не согласился.

– Нет, мы поступим иначе. Вы все идите по домам, отдыхайте, а Вероника останется здесь одна. Погодите, не спорьте! – Лис повернулся к девочке. – Вероника, послушай, это очень важно. Снаружи должно казаться, что в доме никого нет. Поэтому сиди тихо, как больной муравей, на телефонные звонки не отвечай, к двери не подходи и свет не включай.

– Да уж, весело, ничего не скажешь, – скривилась девочка.

– Придется потерпеть. На данный момент этот план – самый безопасный из всех, которые приходят мне в голову. А если я вернусь от Ефрата без решения твоей проблемы, то завтра обязательно надо будет подыскать тебе убежище понадеждей, чем мой дом.

– Но… – попыталась было вставить лисичка.

– Нет, Берта! Вариант, при котором вы всей толпой охраняете Веронику и привлекаете к себе внимание с улицы – хуже!

Берта недовольно поморщила носик, всем видом давая понять, что она невысокого мнения о решении Улисса…

Какое-то время Улисс с Марио ехали молча. Город закончился, фары рассеивали темноту вечернего леса, и пустынное шоссе, казалось, убегает в сам космос…

На душе лиса было неспокойно. Он думал, не допустил ли ошибку, оставив Веронику дома. Может, стоило взять ее с собой? Но кто знает, что ожидает их у Ефрата… Эх, что ни делай, а спокойствия не будет, пока девочка из чужого мира не вернется к себе домой.

– Улисс, – позвал с соседнего сиденья Марио, ведущий машину. – А нам не следовало сначала позвонить Ефрату? Ну, чтобы убедиться, что он дома, например?

– И вспугнуть его? Нет, не стоило.

Коала кивнул.

– Что ж, как шпион, я с тобой согласен.

Улисс повернул к нему голову:

– Марио, что тебе известно о Ефрате?

Водитель задумался.

– Знаешь… Раньше казалось, что многое. Я знал, что он саблезубый тигр из другого мира, что он стремится не допустить в наш мир Сверхобезьяна, и почему он к этому стремится… Но вот ты сейчас спросил, и я понял, что о нем самом я практически ничего-то и не знаю. Сам себе удивляюсь, как же так. Наверно, знание о том, что саблезубые тигры не вымерли и что существуют иные миры, представлялось мне таким огромным, что я упустил из виду как следует поинтересоваться личностью самого Ефрата. Для меня, как для профессионального шпиона, это непростительный прокол.

Улисс не ответил. Он все сильнее убеждался, что Ефрат ведет какую-то свою игру… И это пугало – настолько, насколько могут пугать игры, ведомые созданиями, которых не должно существовать уже кучу веков.

– Прибыли, – сообщил Марио.

Автомобиль остановился у ворот дома Ефрата, Марио заглушил мотор, и попутчики выбрались наружу. Когда Улисс был здесь в первый раз, его за забором встретили горящие фонари в виде различных зверей и звучащая из дома музыкальная шкатулка.

Сейчас все было иначе. Из дома не доносилось ни звука. Фонари не горели, окна тоже были темны. От жилища саблезубого старца веяло одиночеством и покинутостью…

Улисс толкнул ворота – они оказались не заперты. Зашуршал под лапами мелкий красный камень, рассыпанный на дорожке, ведущей к дому.

– Что-то здесь не то… – прошептал Марио.

У Улисса тоже было нехорошее предчувствие. Они поднялись по ступенькам и увидели, что входная дверь не заперта.

– Обычно дверь бывает открыта в двух случаях, – заметил Улисс, – когда бояться либо некого, либо некому.

Они вошли в дом и оказались в огромной комнате. Единственным источником света здесь была висящая за окнами луна. В глубине комнаты Улисс различил очертания гигантского аквариума, в котором, как он помнил, плавали шары, символизирующие различные миры.

– Господин Уйсур! – позвал он. – Это Улисс и Марио! Вы дома?

В ответ – ни звука.

Шпион пошарил по стене и нащупал выключатель. В следующее мгновение комната озарилась сиянием множества светильников.

Улисс осмотрелся. Гостиная Ефрата казалась такой же, какой лис запомнил ее после первого визита. Только на этот раз камин не горел и шары в мертвом аквариуме не плавали, а покоились на дне.

– Господин Ефрат! – снова безрезультатно позвал лис. – Марио, может, с ним что-то случилось? Он же очень старый…

– Может, и случилось, – отозвался коала. – Только вряд ли мы это узнаем. Нет его здесь, Улисс. Сумкой на животе чую, нет его.

Взгляд Улисса упал на запертую дверь в дальней стене комнаты.

– Ты бывал когда-нибудь в другой комнате? – спросил он.

– Нет, – ответил Марио. – Но полагаю, что сейчас побываю. – Он решительно направился к двери. – Думаю, там спальня.

Коала распахнул дверь и застыл в изумлении.

– Нет, не спальня… – пробормотал он.

Улисс подошел к нему и заглянул за дверь. Его взгляду открылось огромное помещение – света здесь не было, но того, который попадал сюда из гостиной, хватало, чтобы разглядеть все, что в этом помещении находилось. Вернее, не находилось. Комната была первозданно пуста. На стенах ни краски, ни штукатурки, ни обоев. На полу – ни намека на паркет или плиты. Ничего. Лишь за окном напротив двери еле колыхались от ветра ветви растущего с задней стороны дома дерева.

– Не самый жилой вид, – хмыкнул Марио. – Если Ефрат использовал эту комнату как спальню, то он супераскет.

– Не использовал, – ответил Улисс. – Никакая это не спальня. И дом этот – не дом. Гостиная, в которой Ефрат нас с тобой принимал, просто бутафория, декорация, пыль в глаза. Здесь никто не живет. Пока мы сюда ехали, у меня мелькнула мысль, что подобное возможно, но не хотелось в это верить.